«Мама — настоящий шедевр». Дочь Ирины Слуцкой Варвара — о переходе в танцы на льду, хейтерах, мыловарении, мечтах о кондитерской и любви к Роналду
Варвара Слуцкая давно привыкла к тому, что к ней повышенное внимание. Фамилия обязывает: дочь легендарной Ирины Слуцкой, одной из главных звёзд в истории российского фигурного катания. Но сама Варя спокойно относится и к славе, и к хейту в комментариях вроде: «Ей мама все купила», «Мама не могла дочке хвостик завязать?». Она только улыбается и продолжает делать своё — строить карьеру в танцах на льду, развивать хобби и мечтать о будущем, не сводящемcя только к спорту.
Сегодня Варвара — действующая танцовщица на льду, выступающая в паре с Глебом Гончаровым. Она уже прошла путь от одиночного катания к танцам, пережила смену тренерских штабов, распад одной пары и поиск новой. Параллельно с тренировками Варя варит мыло ручной работы, обожает готовить десерты и всерьёз задумывается о кондитерской профессии. А ещё она — фанат Криштиану Роналду.
О сезоне: «Больше драйва, уверенности и кайфа»
— Какие у тебя впечатления от прошедшего сезона?
— Этот сезон мне действительно очень понравился. Он получился эмоциональным и в некоторых моментах непростым, но именно это и сделало его особенным. Если сравнивать с предыдущим годом, прогресс очевиден: не только с технической точки зрения, но и по ощущениям. Появилось больше уверенности, внутреннего драйва. Я стала получать настоящее удовольствие от выступлений, а не просто отрабатывать элементы.
— В первый сезон было тяжелее именно эмоционально?
— Да, в дебютный сезон мне было сложнее проживать программу. Я каталась больше по заданию: надо — значит делаю. А сейчас начинаю по-настоящему чувствовать музыку, атмосферу, зал. Тогда было трудно вкладывать эмоции, не до конца понимала, как это — через катание рассказывать историю.
Лучшие и самые тяжёлые старты
— Был старт, на котором ты испытала максимальный кайф? Или наоборот — самый сложный?
— Больше всего мне запомнился этап в Магнитогорске. Там потрясающая, очень тёплая публика. Ты выходишь на лед и буквально чувствуешь, что тебя несут зрители. Люди подпевают музыке, кричат: «Круто! Супер!», реагируют на каждый элемент. Это нереально бодрит, придаёт сил, и ты хочешь кататься ещё лучше, чем можешь.
Самым тяжелым, наверное, было первенство в Саранске. Там чувствовалась напряженная атмосфера, зрителей было немного — и мне лично это очень заметно. Я люблю, когда трибуны полные, когда есть шум, поддержка, эмоция. В Саранске этого не хватало, и пришлось больше опираться на внутренний настрой.
В Челябинске тоже было непросто эмоционально. В голове всё время крутилась мысль: «Это конец сезона, заключительные соревнования, все уже вымотаны, но расслабиться нельзя». Надо было собрать последние силы и показать максимум.
— Полные трибуны тебя не пугают, не добавляют лишнего волнения?
— Наоборот. Я обожаю выступать перед большим количеством людей. В такие моменты особенно остро чувствуешь ответственность, но это приятное чувство. Понимаешь: сейчас весь этот зал смотрит на нас, болеет, переживает. Это очень вдохновляет.
Переход в танцы: «Не хотела больше прыгать»
— Вернёмся к началу твоей карьеры. Когда и почему ты решила перейти в танцы на льду?
— В танцы я перешла в 2019 году. До этого каталась в одиночном у Вазгена Азрояна. Пришла в его группу сразу после Нового года. Прыжки у меня получались не всегда: были успехи, были провалы. Но при этом мне постоянно нравилось именно скольжение, дорожки шагов, работа под музыку. Я ловила кайф от того, что могу танцевать на льду.
В какой-то момент я просто подошла к тренеру и сказала: «Хочу попробовать себя в танцах». Сначала тренировалась одна — без партнёра, осваивала базовые вещи. Постепенно попробовала кататься с партнером, но мы были вместе недолго. Мой тренер в первую очередь занимался одиночниками, и стало понятно, что для развития в танцах мне нужно менять тренировочную группу.
Выбор тренеров и первая пара
— Ты успела побывать в нескольких тренерских командах. Как всё развивалось?
— Да, у меня довольно насыщенная «география» тренерских штабов. У Ирины Владимировны Жук я встала в пару с Александром Талантовым. Мы с ним прошли большой путь — от третьего спортивного разряда до первого. Для юных танцоров это важный этап: мы многому научились, набрали опыт на соревнованиях.
Но по личным причинам наш дуэт распался. Это всегда тяжело: ты привыкаешь к человеку, к совместной работе, выстраиваешь взаимодействие, а в какой-то момент всё заканчивается. Тем не менее, это часть танцев на льду — не все пары живут долго.
В итоге я оказалась в группе Екатерины Борисовны Рублевой и Ивана Александровича Шефера. Для меня это сейчас самый комфортный и родной тренерский штаб. Там особая атмосфера: к нам относятся как к профессионалам, но при этом поддерживают по-человечески. Сейчас я катаюсь с Глебом Гончаровым, и всё складывается так, как я когда-то и мечтала.
— Ты вообще не рассматривала парное катание?
— Нет, всерьёз — никогда. Я всегда тянулась именно к танцам: к работе с музыкой, к хореографии, к скольжению. Прыжковый элемент спорта мне был интересен, но не так, чтобы связывать с ним карьеру надолго. Парное катание отпало само собой, просто не чувствовала, что это моё.
Первые шаги в танцах: «Училась давить в лед»
— На первых тренировках в танцах ты сразу поняла, что это «твоё»?
— На самых первых занятиях я больше находилась в состоянии изучения. До конца не понимала, как всё должно выглядеть, как правильно держать корпус, работать с ребром конька. Начинала буквально с нуля — с уровня новичка: базовые шаги, повороты, работа над тем, чтобы «продавить» лед, почувствовать его.
Постепенно стала осознавать, что всё именно так, как я и представляла: много работы над скольжением, над разводками, над тонкими нюансами в руках, корпусе. И вот тогда пришло ощущение: да, это действительно моё, именно здесь я могу раскрыться.
Как родилась пара с Глебом Гончаровым
— Как вы с Глебом оказались в одной паре?
— В группу к Екатерине Борисовне Рублевой я пришла в середине зимы. Первые четыре месяца каталась одна. У меня не было партнёра, но я понимала: чтобы быть готовой к паре, нужно подтянуть технику, обязательные танцы, улучшить скольжение. Мы работали над этим каждый день.
В это время Глеб расстался со своей прежней партнёршей и разместил анкету. Я увидела его данные и сказала маме: «Вот было бы круто, если бы меня поставили с ним». Но честно — тогда не особенно верила в такую возможность: на просмотр к нему приходило много девочек, конкуренция была большой.
Однажды утром Екатерина Борисовна подходит ко мне и говорит: «Варь, сегодня тебя будут пробовать с Глебом». Я очень волновалась. Понимала, что это уже другой уровень, совсем другая ответственность. Нас пробовали довольно долго: катали разные элементы, проверяли совместимость, рост, внешний вид, ощущение пары.
В какой-то момент я уже решила, что ничего не получится, и мысленно готовилась к тому, что нужно будет искать другого партнёра. И вдруг подъезжает к нам Сергей Сергеевич Плишкин и говорит: «Варя, ты будешь кататься с ним. Ребята, вот ваша музыка на произвольный танец, слушайте». Я не сразу поверила. Было чувство лёгкого шока: мечта, которая казалась далёкой, стала реальностью.
Привыкание к партнёру и «единое целое» на льду
— Не было страшно впервые выходить на соревнования с партнером?
— Страха не было. Было ощущение новизны. Долго приходило осознание, что я больше не одна на льду, что мы с партнером отвечаем друг за друга. В танцах ты не можешь думать только о себе: любое твое движение отражается на нем, и наоборот.
Потребовалось время, чтобы выстроить это ощущение «мы — единое целое». Когда оно появляется, кататься становится намного легче и интереснее. Ты не просто катаешь программу, а ведешь диалог с партнером, с музыкой, со зрителем.
— Коннект с Глебом появился сразу или были серьёзные притирки?
— Без притирок в парах не бывает. Мы оба с характерами, у каждого свой взгляд на какие-то моменты. Сначала притирались: кто-то где-то недослышал, не так понял, кто-то устал, вспылил. Но это рабочий процесс. Главное — мы оба хотим одного и того же: расти, прогрессировать, делать крутые программы. Со временем научились слушать друг друга, подстраиваться, искать компромиссы. Сейчас на льду нам комфортно вместе.
Хейтеры, фамилия и «мама всё купила»
Варя прекрасно понимает, что её фамилия автоматически вызывает волну комментариев. Но относится к этому спокойно.
Она видит под своими фото и новостями о стартах реплики вроде: «Конечно, у неё особые условия», «Мама все устроила», «С такой мамой и тренеры, и музыка лучшие». Варвара к таким фразам научилась относиться иронично.
Гораздо больше её задевают комментарии про внешность: «Мама не могла дочке хвостик завязать?» — смешно, но местами обидно. Со временем она выработала броню: понимает, что часто пишут люди, которые не видят ежедневной работы, не представляют, сколько часов в день спортсмен проводит на льду и в зале.
При этом Варя не отрицает: фамилия Слуцкая — это и ответственность, и нагрузка. Каждый раз, выходя на лед, она чувствует внутренний запрос: «Должна быть не просто хорошей, а очень хорошей». Но мама никогда не давит авторитетом. Ирина Слуцкая — для Вари прежде всего любящая мама, а уже потом — легенда спорта.
«Мама — шедевр, — говорит Варвара. — Как человек, как пример, как поддержка. Я ей безумно благодарна, но при этом хочу, чтобы люди видели во мне отдельную личность, а не только «дочку Слуцкой».
Варка мыла и любовь к творчеству руками
Помимо спорта у Вари есть необычное хобби — мыловарение. Она делает мыло ручной работы: с разными ароматами, формами, слоями и декором.
Началось всё как способ отвлечься от тренировочной рутины. Ей захотелось попробовать себя в чём-то творческом, но при этом практичном. Так в её жизни появились основы, ароматические масла, красители, формочки.
Постепенно мыловарение выросло в мини-проект: варит мыло для друзей, знакомых, иногда на заказы. Для неё это идеальное сочетание: и творчество, и медитация. Процесс требует аккуратности и терпения — ровно тех качеств, что нужны и в фигурном катании.
Варвара отмечает, что такой вид творчества помогает перезагрузиться после сложных стартов или тренировок. Когда концентрируешься на мелочах — граммах масел, температуре, узорах — мысли о прокатах и оценках уходят на второй план.
Мечта о кондитерстве и десерты вместо диет
Ещё одно важное увлечение Вари — кулинария, особенно кондитерское направление. Она обожает готовить десерты: торты, капкейки, пирожные, печенье.
Кто-то может удивиться: фигуристка и сладости? Но Варя уверена, что спорт и кондитерство можно совместить, если подходить к вопросу с умом. Она экспериментирует с составом, уменьшает количество сахара, подбирает более лёгкие кремы.
В детстве она могла часами смотреть, как работают кондитеры, придумывают оформление, собирают сложные торты. Эта любовь до сих пор с ней. В перспективе Варвара всерьёз задумывается о том, чтобы получить кондитерское образование, а возможно, когда-нибудь открыть маленькую кондитерскую или студию десертов.
Пока что это параллельная мечта, и главный приоритет — спорт. Но именно наличие другой сферы интересов помогает ей не зацикливаться только на результатах на льду.
Криштиану Роналду и мотивирующий спорт вне льда
Вне льда у Вари есть ещё один источник вдохновения — футбол и особенно Криштиану Роналду. Она внимательно следит за его карьерой, интервью, тренировочным процессом.
Её восхищает не только его результативность, но и трудолюбие, дисциплина, умение держать высокую планку столько лет. Для себя Варвара в этом видит пример: чтобы быть на вершине, недостаточно таланта, нужно колоссально работать каждый день, даже когда не хочется.
Она признаётся, что иногда включает нарезки голов Роналду или его мотивационные ролики перед важными стартами. Это помогает собраться, настроиться на максимальный результат и напомнить себе, ради чего она каждый день выходит на лед.
Узнаваемость, сравнения с мамой и свои цели
Узнаваемость к Варваре пришла не сразу, но сейчас её всё чаще узнают на катках, соревнованиях, в обычной жизни. Иногда подходят за автографом или фото — в такие моменты она всё ещё немного смущается, но приятно удивляется, что у неё появляются собственные поклонники.
Сравнения с мамой она воспринимает спокойно. Понимает, что это неизбежно: слишком яркий след оставила Ирина Слуцкая в фигурном катании. Но при этом Варя трезво смотрит на вещи: у них разные эпохи, разные виды (одиночное и танцы), разные истории.
Её цель — не «переплюнуть» маму, а построить свою карьеру, добиться собственных результатов, сделать такие программы, которые будут помнить и любить. Для этого она продолжает работать: часами оттачивает элементы, учится выражать эмоции, искать свой стиль.
В ближайших планах — усиливать технику, повышать сложность программ и набирать стабильность в прокатах. А дальше — как сложится: главное, что у Вари уже есть и своё направление в спорте, и увлечения за его пределами, и желание идти вперед, опираясь на своё имя, а не только на громкую фамилию.